Тревога за пределами протоколов
Марина Ионычева, гештальт-терапевт, семейный психолог, супервизор
Этот текст написан для проекта Лекторий от Академии современной психологии. Встреча Лектория состоялась в клинике Алви в Санкт-Петербурге 28 июня 2026
Почему разговор о тревоге важен сейчас
Мы привыкли воспринимать тревогу как проблему, от которой нужно избавиться. А если тревога — не враг, не поломка психики, а важный сигнал о происходящих в нашей жизни изменениях? Предлагаю посмотреть на тревогу глазами разных направлений психотерапии: от «протокольных» до феноменологических. Поговорим о том, почему тревога возникает на пороге перемен, как связана со свободой, выбором и ответственностью, и всегда ли ее нужно снижать.
Когда мне предложили участие в Лектории, то у меня сразу пришли две темы для обсуждения: одна про семейную терапию и жизнь в паре (эта встреча будет осенью), а вторая — как раз про тревогу. Примерно 80% моих клиентов имеют более или менее выраженные черты тревожного расстройства или тревожности как черты характера, поэтому тема тревоги для меня представляет большой интерес. Так же достаточно много случаев когда клиенты приходят уже с опытом психотерапии в когнитивно-поведенческом подходе и нерешенными запросами. Жалобы звучат как «я все понимаю, как это работает, но ничего не меняется» или «я применяю все техники осознанности/радикального принятия/веду дневник и это не помогает».
Эта фраза кажется мне одной из самых важных в работе с тревогой. Потому что она ставит под сомнение привычную для многих специалистов идею о том, что понимание проблемы неизбежно приводит к изменениям. Если человек знает, что с ним происходит, добросовестно выполняет рекомендации, а терапия все равно заходит в тупик, возникает ощущение, что где-то мы упускаем что-то принципиально важное.
Протоколы снижают тревогу, в том числе и самого психолога
В такие моменты тревога появляется не только у клиента, но и у терапевта. Клиент начинает испытывать стыд, вину ощущение собственной несостоятельности, поскольку искренне старается, но не получает результата. Психолог, в свою очередь, может сталкиваться с растерянностью, раздражением, скукой или бессилием. Появляется желание найти еще одну технику, подобрать другой протокол, усилить интервенции. Получается своеобразный парадокс: в терапии тревоги начинают тревожиться оба участника процесса.
Именно поэтому мне захотелось назвать эту тему «Тревога за пределами протоколов». Протоколы отлично работают, когда нужно убрать острый симптом, выработать определенную поведенческую реакцию, измерить результат до и после. Но существуют ситуации, когда снижение симптомов перестает быть главной задачей терапии, а попытки воздействовать непосредственно на тревогу не приводят к устойчивым изменениям. Во многом это связано с тем, что разные направления психотерапии по-разному отвечают на вопрос, что вообще представляет собой тревога.
Современная культура высоко ценит эффективность, контроль и эмоциональный комфорт. На этом фоне тревога воспринимается как помеха нормальной жизни, а не как часть человеческого опыта. Дополнительно на это влияет медицинская модель, в которой тревога часто рассматривается через призму симптомов и расстройств. В результате вопрос о смысле тревоги нередко отходит на второй план. Однако далеко не каждая тревога является патологией и требует немедленного устранения.
Именно поэтому мне захотелось назвать эту тему «Тревога за пределами протоколов». Протоколы отлично работают, когда нужно убрать острый симптом, выработать определенную поведенческую реакцию, измерить результат до и после. Но существуют ситуации, когда снижение симптомов перестает быть главной задачей терапии, а попытки воздействовать непосредственно на тревогу не приводят к устойчивым изменениям. Во многом это связано с тем, что разные направления психотерапии по-разному отвечают на вопрос, что вообще представляет собой тревога.
Современная культура высоко ценит эффективность, контроль и эмоциональный комфорт. На этом фоне тревога воспринимается как помеха нормальной жизни, а не как часть человеческого опыта. Дополнительно на это влияет медицинская модель, в которой тревога часто рассматривается через призму симптомов и расстройств. В результате вопрос о смысле тревоги нередко отходит на второй план. Однако далеко не каждая тревога является патологией и требует немедленного устранения.
Мир требует эффективности Мир требует эффективности Мир требует эффективности Мир требует эффективности Мир требует эффективности Мир требует эффективности
Тревога не просто симптом, она часть жизни Тревога не просто симптом, она часть жизни Тревога не просто симптом, она часть жизни Тревога не просто симптом, она часть жизни
Коморбидность (сочетаемость с другими состояниями/симптомами)
Дисклеймер: данная информация не предназначена для самодиагностики; если вы испытываете сильную тревогу или другие симптомы, которые снижают качество вашей жизни, пожалуйста, обратитесь к врачу-психиатру за постановкой диагноза, а затем ко мне за психотерапией.
Тревога как недифференцированное ощущение непонятной опасности, обычно является не самостоятельной проблемой, а как бы проходит красной нитью через всю систему отношений человека. Тревожные расстройства обладают одним из самых высоких уровней коморбидности в медицине — около 60–80% пациентов с повышенной тревогой имеют сопутствующие психические или соматические заболевания.
Тревога тесно связана не только с клиническими диагнозами, но и с широким спектром повседневных психологических трудностей и поведенческих особенностей. В психологии это явление называют взаимным усилением: тревога порождает проблему, а проблема, в свою очередь, усиливает тревогу.
Трудности в общении и отношениях
Эффективность, работа и учеба
Личностные кризисы и восприятие себя
Дисклеймер: данная информация не предназначена для самодиагностики; если вы испытываете сильную тревогу или другие симптомы, которые снижают качество вашей жизни, пожалуйста, обратитесь к врачу-психиатру за постановкой диагноза, а затем ко мне за психотерапией.
Тревога как недифференцированное ощущение непонятной опасности, обычно является не самостоятельной проблемой, а как бы проходит красной нитью через всю систему отношений человека. Тревожные расстройства обладают одним из самых высоких уровней коморбидности в медицине — около 60–80% пациентов с повышенной тревогой имеют сопутствующие психические или соматические заболевания.
- Депрессия: Самый частый спутник тревоги (коморбидность достигает 60%). Их сочетание на клиническом уровне часто называют тревожно-депрессивным расстройством.
- Другие тревожные расстройства: Генерализованная тревога (ГТР) часто сочетается с паническими атаками, социофобией или специфическими фобиями.
- Зависимости: Злоупотребление алкоголем, успокоительными препаратами или психоактивными веществами (ПАВ) как попытка «самолечения» и притупления тревоги.
- ОКР и ПТСР: Обсессивно-компульсивное расстройство и посттравматический синдром исторически и патогенетически тесно связаны с тревожным спектром.
- Нейроотличные состояния: СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности) и РАС (расстройства аутистического спектра) крайне часто протекают на фоне высокой тревожности.
- Расстройства личности: Например, пограничное (ПРЛ) или избегающее расстройство личности.
- Сердечно-сосудистые патологии: Артериальная гипертензия, аритмия, ишемическая болезнь сердца (ИБС). Хроническая тревога увеличивает риск инфаркта миокарда и кардиоваскулярной смерти.
- Неврологические расстройства: Мигрени и головные боли напряжения, вегетативная дисфункция, хроническая ишемия мозга, а также постинсультные состояния.
- Гастроэнтерология: Синдром раздраженного кишечника (СРК) и другие функциональные расстройства ЖКТ. Связь реализуется через ось «мозг-кишечник».
- Эндокринные нарушения: Дисфункция щитовидной железы (гипертиреоз) и выраженный климактерический синдром в период менопаузы.
- Хронические болевые синдромы: Фибромиалгия, боли в спине, при которых тревога усиливает восприятие боли.
- Нарушения сна: Хроническая инсомния (бессонница)
Тревога тесно связана не только с клиническими диагнозами, но и с широким спектром повседневных психологических трудностей и поведенческих особенностей. В психологии это явление называют взаимным усилением: тревога порождает проблему, а проблема, в свою очередь, усиливает тревогу.
Трудности в общении и отношениях
- Страх отвержения и критики. Постоянный поиск подтверждения того, что человека любят и принимают.
- Конфликтность или избегание. Склонность либо вспыхивать из-за внутреннего напряжения, либо полностью уходить от решения проблем.
- Созависимость. Попытка контролировать партнера, чтобы снизить собственную тревогу по поводу неопределенности в отношениях.
- Одиночество и изоляция. Постепенное сужение круга общения из-за страха показаться глупым, нелепым или навязчивым.
Эффективность, работа и учеба
- Прокрастинация. Откладывание дел из-за страха не справиться или сделать работу несовершенно.
- Перфекционизм. Стремление к недостижимому идеалу как к единственному способу почувствовать себя в безопасности.
- Синдром самозванца. Мучительное ощущение, что все успехи случайны, а окружающие скоро «разоблачат» мнимую некомпетентность.
- Трудности с концентрацией. Постоянное сканирование пространства на предмет угроз, из-за чего мозг не может сфокусироваться на текущих задачах.
- Проблемы с принятием решений (паралич анализа). Долгие, изнуряющие сомнения даже в самых простых бытовых вопросах.
Личностные кризисы и восприятие себя
- Низкая самооценка. Склонность замечать только свои промахи и полностью обесценивать личные достижения.
- Утрата опор и смыслов. Ощущение потери контроля над собственной жизнью, перерастающее в экзистенциальный кризис.
- Хроническая усталость и выгорание. Следствие того, что психика и тело 24/7 находятся в режиме мобилизации («бей или беги»).
- Алекситимия. Трудности с распознаванием и выражением собственных чувств, когда тревога буквально «глушит» все остальные эмоции.
Если вы узнаете себя и хотите разобраться в своем состоянии:
Как смотрят на тревогу разные подходы в психотерапии
В гуманистическом подходе тревога почти никогда не рассматривается как «симптом, который нужно убрать», как это часто делается в протокольных моделях. Тревога является частью нормальной психической жизни и помогает реагировать на неопределенность, риск и значимые события. Проблемой становится не само переживание тревоги, а ее чрезмерная интенсивность или попытки полностью ее избегать. Чем больше человек борется с любыми проявлениями тревоги, тем сильнее она нередко закрепляется. Более реалистичная цель — научиться жить полноценно даже в ее присутствии.
В экзистенциальной терапии тревога трактуется как часть человеческого существования: неизбежная реакция на свободу, ответственность, конечность жизни и неопределенность выбора. Она возникает при столкновении с четырьмя главными «даностями» существования: неизбежностью смерти, свободой выбора, экзистенциальным одиночеством и отсутствием объективного смысла жизни
В когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) тревога понимается как автоматическая защитная реакция психики и тела на потенциальную угрозу. Она возникает из-за искаженного восприятия опасности, когда мозг преувеличивает риски и недооценивает способность человека с ними справиться.
Карл Роджерс в клиент-центрированном подходе связывал тревогу с несоответствием между реальным опытом и образом «я», который человек пытается удерживать. Напряжение возникает из-за необходимости постоянно защищать устойчивую, но уже не совпадающую с реальностью самооценку.
С психодинамической точки зрения тревога — это сигнал о внутреннем психологическом конфликте. Она возникает, когда бессознательные импульсы, желания или детские травмы пытаются прорваться в сознание, а эго-структуры пытаются их удержать. Последователи Фрейда сместили фокус с биологических импульсов на межличностные отношения.
Карен Хорни считала, что тревога рождается в детстве из-за ощущения одиночества и беспомощности перед лицом потенциально враждебного мира. Чтобы выжить, ребенок вырабатывает стратегии: движение «к людям», «против людей» или «от людей».
Гарри Салливан утверждал, что тревога передается ребенку от матери в младенчестве. Для взрослого тревога — это главный разрушитель межличностных отношений.
Эрих Фромм связывал тревогу с экзистенциальным одиночеством и бременем свободы, от которой человек пытается убежать в конформизм или авторитаризм.
В гуманистическом подходе тревога почти никогда не рассматривается как «симптом, который нужно убрать», как это часто делается в протокольных моделях. Тревога является частью нормальной психической жизни и помогает реагировать на неопределенность, риск и значимые события. Проблемой становится не само переживание тревоги, а ее чрезмерная интенсивность или попытки полностью ее избегать. Чем больше человек борется с любыми проявлениями тревоги, тем сильнее она нередко закрепляется. Более реалистичная цель — научиться жить полноценно даже в ее присутствии.
В экзистенциальной терапии тревога трактуется как часть человеческого существования: неизбежная реакция на свободу, ответственность, конечность жизни и неопределенность выбора. Она возникает при столкновении с четырьмя главными «даностями» существования: неизбежностью смерти, свободой выбора, экзистенциальным одиночеством и отсутствием объективного смысла жизни
В когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) тревога понимается как автоматическая защитная реакция психики и тела на потенциальную угрозу. Она возникает из-за искаженного восприятия опасности, когда мозг преувеличивает риски и недооценивает способность человека с ними справиться.
Карл Роджерс в клиент-центрированном подходе связывал тревогу с несоответствием между реальным опытом и образом «я», который человек пытается удерживать. Напряжение возникает из-за необходимости постоянно защищать устойчивую, но уже не совпадающую с реальностью самооценку.
С психодинамической точки зрения тревога — это сигнал о внутреннем психологическом конфликте. Она возникает, когда бессознательные импульсы, желания или детские травмы пытаются прорваться в сознание, а эго-структуры пытаются их удержать. Последователи Фрейда сместили фокус с биологических импульсов на межличностные отношения.
Карен Хорни считала, что тревога рождается в детстве из-за ощущения одиночества и беспомощности перед лицом потенциально враждебного мира. Чтобы выжить, ребенок вырабатывает стратегии: движение «к людям», «против людей» или «от людей».
Гарри Салливан утверждал, что тревога передается ребенку от матери в младенчестве. Для взрослого тревога — это главный разрушитель межличностных отношений.
Эрих Фромм связывал тревогу с экзистенциальным одиночеством и бременем свободы, от которой человек пытается убежать в конформизм или авторитаризм.
С точки зрения гештальт-терапии, тревога — это застывшая, потерявшая форму энергия, которая возникает при остановке естественного возбуждения (например, из-за страха перед действием или ожиданием оценки). Создатель подхода Фриц Перлз вывел лаконичную формулу: «Тревога = Возбуждение + Ограничение дыхания».
Когда у человека возникает какая-то потребность (в близости, признании, защите, злости), в его организме вырабатывается энергия — возбуждение. Это естественный биологический импульс к действию. Но если человек по каким-то причинам пугается этой потребности или считает её недопустимой, он блокирует её реализацию. Самый простой способ заблокировать энергию на уровне тела — задержать дыхание и сжать мышцы. В этот момент свободное возбуждение превращается в токсичную, зажатую тревогу.Тревога возникает в ситуациях
-
опасности - неопределенности
- новизны
- предвкушения желаемого
Корни тревоги
- ранний опыт привязанности (ненадежный)
- нестабильность среды и взрослых рядом (непостоянство эмоциональных реакций опекунов и самой динамики психологического присутствия рядом с ребенком). Любой стиль воспитания может вызывать тревогу, что авторитарный, что либеральный. Дело в сочетании факторов среды и особенностей психики/генетики
- Отсюда проистекают сложности с самооценкой, представления о себе как о не ценном, неспособном достичь чего-то, не вера в свои силы, непонимание своих потребностей, желаний и целей, и соответсвенно неумение отстаивать себя.
- Подстройка под других («более значимых») людей, мимикрия, слияние с чувствами и потребностями других. Отсюда же сложности построения отношений привязанности в зрелом возрасте ⇒ не пройденная сепарация не дает строить безопасные отношения, где есть автономия и зависимость. Сепарационная тревога как раз не дает опираться на ощущение «я — ок», потому что его нет, нужно получать постоянное подтверждение.
- Страх оценки, осуждения, стыд и блокирование энергии действия и эмоций любопытства, интереса, радости, гордости
- Невозможность переживания близости с возможностью отказа/отдаления, нужно всегда быть в слиянии с объектом любви
- Разрыв ожиданий и реальности, непонимание своих особенностей
Что вы знаете о своей тревоге?
Нарушения привязанности
Привязанность — это базовая система, которая отвечает за чувство безопасности в отношениях с другими людьми. Если в раннем опыте человек сталкивается с непредсказуемостью со стороны значимых взрослых, его психика не формирует устойчивого ощущения: «рядом с другим человеком мне безопасно и на него можно опереться». Вместо этого закрепляется опыт, что близость может быть одновременно и источником поддержки, и источником угрозы. (Про привязанность у меня есть отдельная статья на сайте)
Тревога становится не случайным состоянием, а способом адаптации. Она помогает постоянно отслеживать, что происходит с другим человеком: не отдаляется ли он, не изменилось ли его отношение, не появилось ли признаков отвержения. Это своего рода внутренняя система раннего предупреждения, которая должна предотвратить потерю связи. Со временем эта стратегия начинает работать автоматически, в отношениях взрослого человека тревога может включаться даже в ситуациях, где объективной угрозы нет, но есть малейшая неопределенность: задержка ответа, изменение тона, дистанция, молчание. Психика как бы «дорисовывает» возможное отвержение, потому что в прошлом неопределенность часто действительно означала потерю контакта.
При этом важно, что тревога здесь выполняет функцию удержания связи. Человек может становиться более внимательным, заботливым, контролирующим, или наоборот — чрезмерно подстраивающимся, лишь бы сохранить отношения. В основе этих реакций лежит не «избыток эмоций», а попытка не допустить повторения опыта разрыва или эмоциональной недоступности. Подробнее читайте в большом тексте о привязанности, ссылка выше.
Привязанность — это базовая система, которая отвечает за чувство безопасности в отношениях с другими людьми. Если в раннем опыте человек сталкивается с непредсказуемостью со стороны значимых взрослых, его психика не формирует устойчивого ощущения: «рядом с другим человеком мне безопасно и на него можно опереться». Вместо этого закрепляется опыт, что близость может быть одновременно и источником поддержки, и источником угрозы. (Про привязанность у меня есть отдельная статья на сайте)
Тревога становится не случайным состоянием, а способом адаптации. Она помогает постоянно отслеживать, что происходит с другим человеком: не отдаляется ли он, не изменилось ли его отношение, не появилось ли признаков отвержения. Это своего рода внутренняя система раннего предупреждения, которая должна предотвратить потерю связи. Со временем эта стратегия начинает работать автоматически, в отношениях взрослого человека тревога может включаться даже в ситуациях, где объективной угрозы нет, но есть малейшая неопределенность: задержка ответа, изменение тона, дистанция, молчание. Психика как бы «дорисовывает» возможное отвержение, потому что в прошлом неопределенность часто действительно означала потерю контакта.
При этом важно, что тревога здесь выполняет функцию удержания связи. Человек может становиться более внимательным, заботливым, контролирующим, или наоборот — чрезмерно подстраивающимся, лишь бы сохранить отношения. В основе этих реакций лежит не «избыток эмоций», а попытка не допустить повторения опыта разрыва или эмоциональной недоступности. Подробнее читайте в большом тексте о привязанности, ссылка выше.
“
Тревога — это разрыв между сейчас и тогда
Как разные подходы работают с тревогой
В экзистенциальном подходе тревогу делят на два типа: невротическую (деструктивную) и нормальную
(экзистенциальную). Нормальная тревога естественна для любого человека, так как все мы сталкиваемся с конечностью жизни, необходимостью выбирать свой путь, одиночеством и поиском смысла. Экзистенциальный терапевт не пытается «вылечить» или убрать нормальную тревогу. Он помогает клиенту выдержать её, встретиться с ней лицом к лицу. Тревога здесь маркер того, что человек живет подлинной жизнью и развивается. Работа строится вокруг принятия ответственности за свои решения вопреки страху.
В КПТ тревога рассматривается через цепочку из пяти взаимосвязанных элементов (когнитивно-поведенческая петля):
Гештальт-терапия работает со всеми уровнями человеческого опыта: с телом, чувствами, поведением и мышлением.
В экзистенциальном подходе тревогу делят на два типа: невротическую (деструктивную) и нормальную
(экзистенциальную). Нормальная тревога естественна для любого человека, так как все мы сталкиваемся с конечностью жизни, необходимостью выбирать свой путь, одиночеством и поиском смысла. Экзистенциальный терапевт не пытается «вылечить» или убрать нормальную тревогу. Он помогает клиенту выдержать её, встретиться с ней лицом к лицу. Тревога здесь маркер того, что человек живет подлинной жизнью и развивается. Работа строится вокруг принятия ответственности за свои решения вопреки страху.
В КПТ тревога рассматривается через цепочку из пяти взаимосвязанных элементов (когнитивно-поведенческая петля):
- Триггер (ситуация): Внешний или внутренний стимул
- Автоматическая мысль: Мгновенная оценка ситуации как опасной
- Эмоция: Чувство страха, беспокойства, вызванное этой мыслью
- Физическая реакция: Тело реагирует на угрозу (учащенное сердцебиение, потливость, мышечное напряжение).
- Поведение: Действие, направленное на спасение, чаще всего избегание
Гештальт-терапия работает со всеми уровнями человеческого опыта: с телом, чувствами, поведением и мышлением.
- Работа с тревожными мыслями в гештальте строится через их «разжевывание» и ассимиляцию: терапевт помогает клиенту осознать, какие из этих мыслей действительно его собственные, а какие — чужие и дезадаптивные, чтобы в итоге избавиться от последних.
- Эксперимент — сердце гештальт-подхода. И многие из этих экспериментов концептуально очень близки к поведенческой экспозиции в КПТ. Когда клиент сталкивается с сильной тревогой, гештальт-терапевт не просто говорит о ней, а предлагает развернуть её в действии прямо на сессии.
- Метод «пустого кресла», диалог со своей пугающей частью или сознательное усиление симптома (например, предложение потрястись еще сильнее, если дрожат руки) — это и есть контролируемое, безопасное проживание пугающего опыта. Это помогает психике легализовать страх и обнаружить, что от него не умирают, что полностью совпадает с механизмами экспозиционной терапии.
Основные причины тревоги с точки зрения гештальт-терапии
Уход в будущее и пугающие сценарии
Человек вместо того, чтобы опираться на то, что происходит прямо сейчас, начинает жить тем, что может случиться потом. В голове прокручиваются разные неблагоприятные варианты развития событий, и возникает ощущение, что это нужно срочно как-то предотвратить или проконтролировать, хотя этого еще нет в реальности.
Незавершенные переживания из прошлого
Если в прошлом были ситуации, которые не удалось до конца прожить — обиды, конфликты, недосказанность, сильные эмоции, травматические события — они могут оставаться как внутренний фон. Человек тратит силы на то, чтобы это внутри удерживать и не сталкиваться с этим напрямую, и из-за этого появляется постоянное внутреннее напряжение и тревожность.
Способы не встречаться с чувствами и потребностями напрямую
Иногда человек не замечает или не признает, что с ним на самом деле происходит, и тогда напряжение выражается косвенно. Например, кажется, что «все вокруг опасны и настроены против меня», хотя внутри может быть другое чувство, которое трудно признать. Или вместо того чтобы выразить злость в ситуации, человек сдерживается, не дает себе проявить это наружу, и тогда напряжение остается внутри и может проявляться уже как телесные реакции — зажимы, резкое напряжение, панические состояния.
Уход в будущее и пугающие сценарии
Человек вместо того, чтобы опираться на то, что происходит прямо сейчас, начинает жить тем, что может случиться потом. В голове прокручиваются разные неблагоприятные варианты развития событий, и возникает ощущение, что это нужно срочно как-то предотвратить или проконтролировать, хотя этого еще нет в реальности.
Незавершенные переживания из прошлого
Если в прошлом были ситуации, которые не удалось до конца прожить — обиды, конфликты, недосказанность, сильные эмоции, травматические события — они могут оставаться как внутренний фон. Человек тратит силы на то, чтобы это внутри удерживать и не сталкиваться с этим напрямую, и из-за этого появляется постоянное внутреннее напряжение и тревожность.
Способы не встречаться с чувствами и потребностями напрямую
Иногда человек не замечает или не признает, что с ним на самом деле происходит, и тогда напряжение выражается косвенно. Например, кажется, что «все вокруг опасны и настроены против меня», хотя внутри может быть другое чувство, которое трудно признать. Или вместо того чтобы выразить злость в ситуации, человек сдерживается, не дает себе проявить это наружу, и тогда напряжение остается внутри и может проявляться уже как телесные реакции — зажимы, резкое напряжение, панические состояния.
Если вам нужна помощь, приходите на индивидуальную или парную консультацию
Я принимаю онлайн
и в Петербурге
Я принимаю онлайн
и в Петербурге
метро Чернышевская, ул. Захарьевская, 17
Быстрее всего связаться со мной можно в телеграме, там сразу откроется окошко с готовым сообщением:
Написать в телеграм Написать смс (не звонок) Написать на почту Мой телеграм канал Читайте также: